Ася Зольникова: «Аудиторию больше всего привлекают не сами архитектурные проекты, а то, какое место в них занимают люди»

07/10/2021 С 9 октября 2021 в МАРШ во второй раз начнется интенсив «Знакомство с современной архитектурой». Курс рассчитан на слушателей с любым уровнем подготовки и не требует специальных навыков и умений. Он будет полезен тем, кто хочет вникнуть в современную архитектурную повестку и научиться анализировать архитектуру вне зависимости от контекста — будь то прогулка по городу, просмотр фильма или обсуждение архитектурного проекта в социальных сетях и СМИ.

Перед стартом обучения мы поговорили с куратором интенсива Асей Зольниковой и узнали, почему она начала интересоваться архитектурой, как возник Telegram-канал «домики» и какие задачи Ася ставит перед собой и студентами интенсива.

Ася, расскажи, пожалуйста, немного о себе.

В отличие от большинства преподавателей МАРШ, я не архитектор. Я журналист, работаю в СМИ последние десять лет и примерно половину из этого времени пишу об архитектуре.

Архитектурной журналистике нигде не учат, в эту сферу, как правило, попадают случайно. Так вышло и у меня: когда я шла учиться на журналиста, то заранее не знала, что стану нишевым автором. Просто архитектура всегда была моим базовым интересом. Правда, когда я была подростком, доступных источников для погружения в эту тему не существовало, так что интерес поначалу носил сугубо прикладной и весьма неакадемический характер. Я много гуляла, исследовала Москву, потом у меня и многих моих друзей появились «зеркалки» — это было очень модно в «нулевых», — и мы начали изучать город через объектив камеры. В какой-то момент Москвы и Петербурга стало мало, и в 2014-м мы поехали в Гонконг небольшой компанией, а затем я в одиночку отправилась в Сингапур и другие азиатские города. Я понятия не имела, что архитектура может быть такой. Мне было 21 и это, конечно, сильно взорвало мозг.

Что изменилось после этой поездки?

С того момента я практически не переставая куда-то ездила, меня это захватило: почти все заработанные деньги я вкладывала в путешествия и по три-четыре раза в год выбиралась в Европу и Азию. У меня всегда был список зданий, которые нужно посмотреть. Понятно, что по ходу дела я что-то читала, а при взаимодействии с различными пространствами появлялись собственные мысли и наблюдения. На этом этапе стало очевидно, что мне не хватает академической базы, и параллельно я пошла учиться в институт на историка искусств.

Пару лет спустя знаний накопилось так много, что делиться ими в частных соцсетях было уже не сподручно. Стало понятно, что для этого нужна отдельная площадка. Это было в 2016 году, когда Telegram только набирал обороты. Я рассудила, что это подходящая платформа, поскольку она лучше «Инстаграма*» заточена под текстовый формат и ею удобнее пользоваться, чем «Фейсбуком*».

Канал стал моим бесконечным упражнением по созданию текстов об архитектуре. Очень важно, что там у меня была полная свобода в выборе тем, и я записывала все, что приходит в голову и цепляет эмоционально. Спустя какое-то время появились подписчики, и некоторые из них благодарили меня за то, что архитектура стала им чуть ближе. В дальнейшем через «домики» про меня узнали представители различных изданий. Так что канал стал для меня еще и первым портфолио. 

Получается, что и Archspeech, и публикации в других изданиях появились после создания Telegram-канала «домики»?

Да, но значительно позже. Архитектура, как говорил Аалто, — это сфера, на изучение которой нужно потратить всю жизнь. Ты либо погружаешься в нее без остатка, либо начинаешь писать много глупостей.

После «домиков» ко мне начали приходить городские и глянцевые СМИ вроде «Афиши» и Forbes. А потом случился судьбоносный день, когда я открыла Google и от балды написала: «архитектура журнал вакансии». И первой ссылкой был как раз Archspeech. Я отправила им письмо с предложением поработать и приложила канал в качестве примера того, что я умею делать.

Оказалось, что Костя Каминский, который на тот момент был шеф-редактором интернет-издания, читал меня. Он очень обрадовался и сразу пригласил на встречу с ним и главным редактором Сашей Змеулом. И мы проработали следующие три года, пока портал не закрыли. 

Интенсив в МАРШ, который ты курируешь, называется «Знакомство с современной архитектурой». В подзаголовке «Архитектура нашего времени: как ее понять и полюбить». Почему акцент на современность?

Здесь сыграли роль несколько факторов. Во-первых, современная архитектура была сферой моих научных интересов в институте. Я написала диплом по Аалто, а до того всегда старалась брать темой курсовых постройки XX века — например, одна из работ была посвящена токийской башне «Накагин», которую сейчас демонтируют. Ну, и потом, я даже будучи подростком понимала, что архитектура XX века — не только про стили, это один из мостков, который связывает меня со старшим поколением, — мамой, бабушкой, дедушкой.

Еще до института на меня большое впечатление произвели два проекта: путеводитель по московскому совмоду Анны Броновицкой и Николая Малинина с фотографиями Юрия Пальмина и курс Вадима Басса на Arzamas «Архитектура как средство коммуникации». Мне понравилось, что там говорилось не только и не столько про конструкции, а про людей, которые эту архитектуру сделали и которые в ней существуют. И мой журналистский опыт свидетельствует, что аудиторию больше всего привлекают не сами архитектурные проекты, а то, какое место в них занимают люди.

Кроме того, к современной архитектуре часто относятся с предубеждением. У нас любят задаваться вопросом, почему мы живем в бетонных коробках, а не в зданиях с лепниной и пятиметровыми потолками, как в прежние эпохи. И на этот вопрос можно дать легкий ответ: в XX веке мир слишком быстро менялся, люди стремительно переселялись в города и стало невозможно жить как раньше.

Но если копать, то у этого ответа будет еще много слоев. Они касаются и изменений в технологиях и материалах, и власти, и вкусов заказчика, и, кроме того, изменений в общественном сознании. И от той массовости и редуцированности, которую архитектура приобрела в наше время, она не перестает быть частью искусства, а идет параллельно с ним. Хотя на архитектуру, безусловно, влияет гораздо больше внешних факторов, чем, скажем, на живопись — далеко не каждому художнику приходится подбирать краски, ориентируясь на погодные условия и пожарную инспекцию, а архитектор при выборе материалов сталкивается с этим постоянно.

Все это, впрочем, не означает, что нужно обязательно идти на факультет истории искусств или в архитектурный вуз, чтобы разбираться в архитектурной сфере. Эта информация вполне доступна, просто нужно знать, с какого края к ней подступиться.

Будешь ли ты делиться какими-то правильными источниками, на которые стоит обратить внимание, которые стоит прочитать, посмотреть со студентами курса?

Безусловно. Это было одним из важных условий при создании курса. Я сама долго училась и хорошо помню, как после полуторачасовой лекции тебе кажется, что ты все понял, а потом выходишь из аудитории и у тебя пустота в голове. Мне важно, чтобы люди после пар продолжали думать о предмете изучения. Хорошее образование заточено не на то, чтобы за один раз проговорить тонну информации и забыть об этом. Это про регулярный процесс обдумывания и формирования определенного склада мышления. Поэтому мы присылаем краткие текстовые конспекты и даем дополнительные рекомендации — книги, статьи, фильмы, подкасты.

Ты рассказала, какие задачи перед собой ставишь как куратор. А чего ты ждешь от студентов?

Было бы здорово, если бы наши встречи проходили в режиме диалога, а не монолога лекторов. Важно, чтобы люди учились рассуждать прямо в аудитории и не боялись задавать вопросы.

И последний вопрос. Если бы тогда, когда ты только начала интересоваться архитектурой, появился курс «Знакомство с современной архитектурой», ты бы пошла на него учиться? И почему?

Это провокационный вопрос из серии «любишь ли ты своего ребенка?». Ну, как я могу ответить? Мне было бы любопытно поучаствовать в аналогичной программе, потому что, насколько я знаю, в России пока очень мало попыток продвигать архитектуру в массы именно в плане образования. Есть курсы, где рассказывается только про теорию и историю, и есть интенсивы для детей, где они учатся проектировать и примеряют профессию на себя. А вот что делать остальным людям, которые не хотят становиться архитекторами, но им эта сфера интересна, — неясно.

Узнать подробнее о программе и присоединиться к числу студентов интенсива «Знакомство с современной архитектурой» можно на сайте. 

Текст Лилии Байдак.